InstaForex
InstaForex

Memento mori! - Отскок

17/08/2001

Ну вот и настали памятные всем августовские даты: сегодня трёхлетие памятного валютного кризиса, а послезавтра 10 лет ГКЧП. Эти годовщины спровоцировали безумные страхи среди широкой публики, которая теперь боится обвального падения доллара по отношению к рублю и едва ли не штурмом берёт обменники, шокируя тамошних операционисток странным припадком денежного патриотизма. Однако мы уже писали вчера об этом, посему не будем останавливаться на долларофобии, а скажем кое-что в память о почившей три года назад постсоветской экономике.

Напомним, что утром 17 августа 1998 года правительство и центральный банк России “устами“ премьера С.Кириенко, министра финансов М.Задорнова, главы ЦБ С.Дубинина и неформально примкнувшего к ним А.Чубайса выступили с заявлением, согласно которому верхняя граница валютного коридора (по курсу “доллар/рубль”) раздвигалась до 9.5 рублей, замораживались торги по государственным казначейским облигациям вплоть до их реструктуризации и объявлялся трёхмесячный мораторий на любые выплаты по внешним долгам коммерческих банков. Это заявление стало прискорбным итогом многомесячной безуспешной борьбы властей с ими же сооружённой бестолковой финансовой системой.

Система эта складывалась в первой половине 90-х годов, причём сооружалась она сугубо хаотически, в угоду сиюминутным интересам, бессистемно, под девизом “не до жиру, быть бы живу”. Апофеозом её формирования стал дикий взлёт доходности на спекулятивных финансовых рынках: сначала это была достигавшая к лету 1996 года уровней 150-200% годовых доходность гособлигаций, затем бурно росший фондовый рынок, который с весны 1996 до лета 1997 года подскочил в 15 раз. Привлечённые такими величинами, на эти рынки прибежали горячие деньги с запада, однако институциональные инвесторы за ними не пришли. А российские коммерческие банки с упоением предвалаись спекуляциям – в то время, как классическому своему предназначению (кредитованию) они отдавали весьма незначительную часть своих ресурсов. Финансовые спекулянты выдули гигантский мыльный пузырь на фоне падавшей реальной экономики – и рано или поздно этот маразм должен был закончиться.

Первой – и самой главной – причиной будущего кризиса стал крах всех попыток структурного трансформирования российской экономики в 1997 году: приход в правительство “молодых реформаторов” знаменовал собой попытку начать означенные преобразования, но уже осенью стало ясно, что все их попытки рухнули - и из-за собственной слабости, и из-за сопротивления номенклатуры, и из-за хаотичной политической ситуации с непредсказумемым президентом и безответственным парламентом. Между тем, финансовая система не может развиваться сама по себе: рано или поздно всякая волна чисто спекулятивного роста заканчивается, для новой же волны требуются веские основания из области реальной экономики – а их-то и не могло быть. Стало быть, финансовые рынки были обречены рухнуть от первого же крупного потрясения.

Таким потрясением стал азиатский финансовый кризис лета-осени 1997 года. Обвал реально слабых валют и неумеренно раздутых фондовых рынков стран юго-восточной Азии спровоцировал глобальный отток спекулятивных капиталов из всех развивающихся рынков, в том числе и с российского – горячие западные деньги как пришли, так и ушли. Как следствие, цены на акции начали падать, а доходности ГКО – расти; в результате правительство вынуждено было платить куда б о льшую цену за выпуск новых облигаций – а без этого обойтись было невозможно, ибо огромный бюджетный дефицит нужно было как-то покрывать.

Окончательно добило ту экономическую ситуацию резкое падение цен на нефть, вызванное дисбалансом между растущим предложением и падавшим (из- за того самого кризиса в юго-восточной Азии) спросом. Бюджет страны, ориентированной на экспорт сырья, немедленно рухнул. Для покрытия растущего дефицита требовалось размещать новые облигации, но денег не хватало даже на погашение старых, ибо доходности взлетели до небес. Попытка радикального снижения расходов государства была на корню зарублена Госдумой. В предвкушении худшего огромные массы рублей ринулись на валютный рынок, так что властям пришлось растратить половину своих валютных резервов, прежде чем они поняли: в угоду идиотским указаниям и советам МВФ поддерживать текущий курс рубля, близкий к паритету его покупательной силы, более невозможно.

Из всего этого и родилось заявление от 17 августа, за которым вскоре последовала отставка правительства, несколько месяцев дикого бардака во всей финансовой системе страны – и фактический конец той бестолковой постсоветской экономики. Этот кризис многому научил наши власти, чему свидетельством служит послекризисное поведение правительств – несравненно более разумное и профессиональное, чем это было раньше. Поползшие наверх уже в 1999 году цены на нефть обеспечили прекрасную “подушку” новым реформам, хотя отчасти и развратили власти, постоянно провоцируя их откладывать необходимые, хотя и болезненные, мероприятия. К чему же мы пришли?

Доллар стоит нынче около 30 рублей, тогда как паритет его покупательной силы (то есть число рублей, необходимое для того, чтобы купить в России столько же товара, сколько в Штатах можно приобрести на 1 доллар) не превосходит 20 рублей. Поэтому товар, стоящий в США 300 долларов, у нас стоит в среднем 6000 рублей, то есть - по курсу - 200 долларов. Иначе говоря, у наших производителей товары в долларовом эквиваленте получаются в среднем в полтора раза дешевле, чем у американских – как следствие, экспорт из России выгоден (за границей-то можно этот же товар продать за все 300 долларов), а импорт, напротив, нет. В результате из России ежемесячно вывозится товаров на 4-5 млрд. долларов больше, чем ввозится – соответственно, на такую же величину в страну притекает больше валюты, чем утекает из неё (реально эта величина, конечно, меньше, поскольку часть валютной выручки экспортёры утаивают). За счёт того, что иностранные товары стали слишком дорогими, увеличилось производство на российских предприятиях – соответственно, у них стало больше денег и тем самым появились ресурсы для инвестиций в основной капитал. ВВП растёт на 5-7% в год (и это на фоне развитых стран, у которых он сейчас не растёт вовсе); бюджет имеет огромный профицит; золотовалютные резервы ЦБ растут стремительно и уже достигли 37 млрд. долларов.

И всё же возникает вопрос: а насколько реально повторение чего- то подобного кризису 1998 года? Ответ на него прост: такое развитие событий едва ли реально, однако и нынешняя благостная картина долго не просуществует, чему есть ряд причин. Прежде всего, цена на нефть не будет столь высокой слишком долго, для чего есть масса резонов. Замедление экономического роста во всём мире, которое грозит вот-вот перерасти в масштабный кризис, неизбежно снизит спрос на энергоносители. Страны, не входящие в ОПЕК, не собираются поддерживать меры нефтяного картеля по сокращению добычи нефти – Россия, например, её только наращивает, причём экспорт растёт ещё быстрее. Далее, такая ситуация нервирует и сами страны ОПЕК: они тоже начинают уже выходить за рамки своих квот на добычу, спеша воспользоваться выгодными ценами. Наконец, перспективы роста объёма мировой добычи ещё серьёзнее: скажем, в этом году ведущие мировые нефтепроизводственные компании (Exxon/Mobil, BP/Amoco, Royal Dutch/Shell и Total/Fina/Elf) увеличили свои инвестиции в добычу и разработку новых месторождений в среднем на четверть, доведя их чуть ли не до 20 млрд. долларов – такие вложения не могут не дать скорой отдачи. Итак, спрос на нефть, видимо, будет падать, а предложение – расти; в таких условиях цены на нефть непременно упадут – и хорошо, если не более, чем в полтора раза (то есть, до 15- 20 долларов за баррель). Стало быть, наполнение бюджета ухудшится, одновременно испортится платёжный баланс, а значит, возрастёт нагрузка на рубль. Кроме того, в ближайшие годы существенно возрастёт объём платежей по внешнему долгу – вот и ещё один напряг на бюджет.

Повторим то, что писали уже много раз: реальных оснований для паники нет во всех случаях – проблемы вполне разрешимы, хотя для этого надобно приложить немалые усилия. Пока же беда наших властей состоит в том, что они действуют по принципу “всё или ничего”: если до 1998 года Россия накапливала чудовищные суммы долгов, то теперь она просто боится даже минимальных заимствований. Меж тем вот сухие числа: внутренний долг России сейчас около 20 млрд. долларов, тогда как внешний – в 7.5 раз больше. Ежегодные платежи по внутреннему долгу не превышают 3 млрд. долларов, а по внешнему через пару лет нам платить в 6.5 раз больше. И здесь просто необходимо заняться реструктуризацией – занимать больше на внутреннем рынке, чтобы освободиться от части внешнего долга. Понятно, что “в лоб” удвоить эмиссию ГКО никак невозможно – доходности взлетят сразу же.

Но тут как раз и возникает ситуация, о который мы постоянно пишем: не могут финансовые рынки существовать в отрыве от реальной экономики – и именно экономические реформы способны разрешить проблему долгов. Прежде всего, правительство просто обязано снизить инфляцию – хотя бы вдвое: тогда все процентные ставки (и доходности тоже) поползут вниз. А далее, возьмём хотя бы пенсионную реформу – вот уж, казалось бы, предмет, бесконечно далёкий от финансовых рынков. Ан нет: вводимое в будущем году нормальное коммерческое управление деньгами пенсионного фонда означает приток “из ниоткуда” 20 млрд. долларов ежегодно. Понятно, что не все они пойдут на рынок госбумаг, но приличная часть придёт – меж тем, нынешняя его ёмкость всего 10 млрд. долларов. А под такие суммы, да по более низким доходностям, очень даже недурно было бы разместить новые длинные облигации и на вырученные деньги выкупить часть обязательств России по внешним долгам. Таким образом, проблемы разрешимы – просто ими надо плотно заниматься, а не шарахаться из крайности в крайность, то влезая в долги по уши, а то вовсе не желая ничего о них слышать. Причём побороть вышеописанные трудности можно без большого напряга для страны, но из этого вовсе не следует, что так оно и случится – от властей наших всегда можно ожидать какой-нибудь глупости.

В этой связи настораживает выступление заместителя главы аппарата правительства России Алексея Волина, приуроченное как раз к третьей годовщине дефолта. Чиновник был столь неумеренно оптимистичен, что возник вопрос – он вправду так обманывается или это такой сеанс позитивного агитпропа? Вывалив на журналистов кучу разных показателей (типа роста сумм банковских вкладов людей или их расходов на летний отдых и автомобили), г-н Волин заявил, что в России есть средний класс - и не маленький: в больших городах его удельный вес достигает-де четверти. Из дальнейших рассуждений ответственного чиновника, однако, выяснилось, что под средним классом он понимает семьи со среднедушевым доходом более 100 долларов в месяц. Оставим в стороне разницу в уровне экономического развития России и развитых стран – возьмём лишь относительные величины: ВВП на душу населения в нашей стране составляет около 170 долларов в месяц, то есть средним классом г-н Волин предлагает считать людей с доходами на уровне 60% от этого показателя. Между тем, в любой из развитых стран такие люди относятся к живущим едва ли не на пороге бедности – в США даже минимальная зарплата менее, чем в полтора раза уступает этой величине, а уж про страны ЕС и говорить нечего – там уровень бедности как раз и находится в районе 50% ВВП на душу населения. Печально, если всё это представляет собой не частное мнение аппаратного чиновника (или обычную лапшу, навешиваемую властями на уши публике), а совпадает со стратегическим видением правительства: не видать нам в таком случае устойчивого роста частного потребления – этой основы основ нормального экономического роста. Так что, слушая победные реляции с экономических фронтов от правительственных чиновников, не забывайте о кризисе 1998 года, придерживаясь мудрого принципа “Memento mori!” – “Помни о смерти!”.

Отскок

Сегодня российский фондовый рынок открылся вверх и рос до начала первого дня, после чего впал в кому, из которого вышел началом неуверенного падения после 14.00 мск. Объёмы по-прежнему никакие – в РТС на 14.00 всего около 2.5 млн. долларов. Рубль упал на очередную копейку. Подробнее о развитии событий на российских рынках читайте в обзорах iqRUR .

Мир, меж тем, скорее падает, чем растёт. Америка, правда, вчера откочила после 21.00 мск, но общее настроение определённо негативное. Слухи о выделении 15 млрд. долларов Аргентине будоражат умы аналитиков и подогревают последние остатки оптимизма. Азиатские рынки упали, европейские занимаются тем же, американские фьючерсы падают, нефть упала тоже. На следующей неделе, возможно, активность игроков на финансовых рынках начнёт возрастать – отпускной сезон завершается.